Обещать – не значит не банкротить

Обещать – не значит не банкротить

В сентябре прошлого года принадлежащий олигарху Мазепину Уралхим и Тольяттиазот обратились с заявлением о банкротстве крупнейшего отечественного производителя метанола – ООО Томет. Основанием для признания Томета банкротом является приговор Комсомольского районного суда Тольятти по делу о мошенничестве, которым несколько физических лиц (Владимир и Сергей Махлаи, Эндрю Циви и др.) были названы судом акционерами Тольяттиазота и признаны виновными в причинении вреда как самому ТОАЗу на сумму более 77 млрд. рублей, так и Уралхиму – на сумму более 10 млрд.

В самарском арбитраже с банкротством Томета начались многочисленные странности.

Сначала принявший заявления ТОАЗа и Уралхима судья Михаил Филатов взял самоотвод от рассмотрения дела и передал его на рассмотрение молодой судье Людмиле Исаковой, судейский стаж которой составляет чуть более трех лет.

Затем уже судья Исакова, вопреки формулировкам приговора, а также и Одиннадцатый апелляционный суд признали кредитором только Уралхим и включили его требования на всю сумму ущерба в 87 млрд. руб. в реестр требований кредиторов. Эти решения сейчас оспариваются ТОАЗом в кассационном суде в Казани.

Установленный Людмилой Исаковой срок наблюдения был аномально коротким. Решение о введении наблюдения было вынесено 25 ноября, а уже к 1 марта наблюдение должно быть завершено. Таким образом, г-жа Исакова отвела назначенному ею временному управляющему Селищеву, предложенному Уралхимом, всего три месяца на все необходимые процедуры. В абсолютном большинстве процедур банкротства на кратно меньшие суммы требований кредиторов процедура наблюдения может занимать до года и более.

Однако такой короткий срок как нельзя лучше отвечает интересам Уралхима, ведь приговор на котором основаны его требования оспаривается в кассации и по словам экспертов имеет высокие шансы на отмену по причине многочисленных нарушений норм права нижестоящими судами. Отмена приговора повлечет безусловное прекращение процедуры банкротства Томета.

И Уралхим и предложенный ими управляющий Селищев уложились в сжатые сроки, любезно установленные судьей Исаковой, и завершили наблюдение практически за 2 месяца. К 10 февраля управляющим Селищевым был подготовлен отчет, в котором отмечается недостоверность бухгалтерской отчетности Томета за 2019 г., подтвержденной аудитором KPMG, невозможность восстановления его платежеспособности и рекомендовано перейти к конкурсному производству, то есть распродаже имущества Томета и увольнении персонала.

18 февраля в тольяттинском Парк-отеле состоялось первое собрание кредиторов Томета.

Собственно собранием это действо можно считать весьма условно, поскольку в собрании принял участие единственный кредитор – Уралхим. Другие кредиторы, заявившие требования более чем на 1,4 млрд. рублей, на дату собрания не были включены судом в реестр кредиторов. Причина – непредставление управляющим Селищевым в суд отзывов на требования кредиторов. Казалось бы, причем здесь кредиторы? Но судья Исакова признала недобросовестность Селищева достаточным основанием для отложения рассмотрения их требований на конец февраля и середину марта, что автоматически лишило их права на участие в первом собрании кредиторов.  Видимо Селищев с Уралхимом того и добивались.

Тогда «отложенные» кредиторы обратились в суд с ходатайствами о принятии судом обеспечительных мер в виде запрета на проведение первого собрания кредиторов до рассмотрения их требований. Такая возможность предусмотрена законом в случае, если на момент проведения первого собрания в суде имеются нерассмотренные требования кредиторов.

Но судья Исакова и тут рассудила «по справедливости», отказав в удовлетворении ходатайств об отложении собрания кредиторов, указав при этом, что «само по себе обращение в суд с требованием о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника свидетельствует лишь о возможном удовлетворении требований в заявленном размере». Кроме того, рассудила судья Исакова, «нерассмотренные требования являются незначительным по размеру, и заведомо не могут повлиять на принятие решений первым собранием кредиторов».

Логика, надо признать, довольно странная. Ведь, во-первых, в таком случае в реестр кредиторов можно включить лишь одного кредитора, обладающего более половины голосов, а остальных игнорировать в любом количестве. Во-вторых, среди кредиторов, требования которых не рассмотрены, были и залоговые кредиторы, а некоторые решения собранием кредиторов могут быть приняты только при условии их одобрения всеми залоговыми кредиторами. В конце концов, теоретически кредиторы могли предложить какое-либо решение, которое было бы одобрено и мажоритарным кредитором – Уралхимом, но были лишены этой возможности.

Удивительно? Уже нет. В отличие от столичных судов, самарские давно работают в интересах Мазепина, удовлетворяя любой каприз химического олигарха в кратчайшие сроки.

Так, поданное Уралхимом еще до признания обоснованным его требования на 87 млрд. ходатайство о принятии обеспечительных мер в виде запрета на совершение руководителем Томета любых действий без согласия временного управляющего было незамедлительно удовлетворено судом. В этом случае госпоже Исаковой хватило гипотетических, абстрактных аргументов о возможных злоупотреблениях Томета и затруднительности последующего исполнения судебного акта. Признав ходатайство Уралхима обоснованным, направленным на предотвращение причинения кредиторам должника значительного ущерба и сохранение статус-кво между сторонами, Исакова запретила Томету совершать любые действия без согласия временного управляющего, которого она назначила в тот же день по предложению все того же Уралхима.

Впрочем, в случае с собранием судья как в воду глядела. Пришедшие на собрание кредиторы, не включенные в реестр, предложили Селищеву отложить проведение собрания до рассмотрения судом их требований, однако Уралхим выступил против, заявив, что «они не повлияют на принятие решений на собрании из-за незначительного количества».

Действительно, зачем «мелочи» путаться под ногами у Мазепина, давно решившего для себя дальнейшую судьбу Томета и двух сотен его работников, что и было заведомо очевидно для судьи Исаковой.

Не стал Уралхим на «собрании» выслушивать и мнение представителя ТОАЗа по вопросам повестки дня, хотя требования на 77 млрд. рублей принадлежат именно ТОАЗу, а Уралхим, согласно логике суда, является его представителем. На прямой вопрос представителя ТОАЗа представителям Уралхима, не хотят ли они поинтересоваться его мнением, последние ответили с издевкой: «Спасибо. Не интересует». Дальнейшие попытки представителя ТОАЗа высказаться по вопросам повестки были заблокированы Селищевым, заявившем: «давайте «Тольяттиазот» не будет говорить, потому что у вас есть представитель [Уралхим]…».

Как стало известно еще накануне собрания, единственный акционер Томета – гонконгская компания Триумф предложила кредиторам Томета мировое соглашение, по условиям которого все требования, кроме требования Уралхима, будут погашены в размере 100% основного долга. Требование Уралхима предлагалось погасить частично. Из 87 млрд. Триумф предложил погасить 19,5 в течение семи лет с начислением на эту сумму процентов по ключевой ставке ЦБ. Всего за семь лет Уралхим мог получить 21,2 млрд. рублей.

Однако, Уралхим данное предложение отклонил, проголосовав за введение конкурсного производства, то есть за распродажу активов Томета и его ликвидацию. Как заявил присутствующий на собрании заместитель юридического директора Уралхима Андрей Ермизин: «по нашему мнению, цель этого мирового соглашения является не восстановление платежеспособности должника, а его просто окончательное разорение и остановка производства. … Мы надеемся, что в ходе процедуры конкурсного производства, за которую мы проголосовали, придет новый собственник, который восстановит производство в нормальном состоянии, оно будет работать… Нас условия этого мирового соглашения и субъект, с которым оно подлежит заключению, не устраивает».  

Большинство специалистов считают, что предложенные условия являются абсолютно приемлемыми, поскольку, как показывает практика, в процедурах банкротства кредиторам редко удается выручить даже более 5% от размера своих требований. Еще более привлекательным это предложение является также и потому, что сам Томет не имеет прямых неисполненных обязательств перед Уралхимом. В основе требований последнего, как уже отмечалось, лежит приговор по уголовному делу, в соответствии с которым Томет солидарно с 19 соответчиками почему-то отвечает за ущерб, причиненный лицами, которых суд посчитал владельцами Томета. Такая ситуация, как отмечают опрошенные эксперты, сама по себе не основана на законе, поскольку юридические лица не отвечают по обязательствам своих участников.

Примечательно, что ранее Уралхим неоднократно заявлял о своей заинтересованности в диаметрально противоположном сценарии. Так, на сайте Уралхима размещено официальное заявление, в котором указано, что «Уралхим выражает серьезную обеспокоенность в связи с остановкой производственной деятельности Томет и возможным банкротством этого предприятия. … Уралхим  заявляет, что не заинтересован в остановке производства и банкротстве Томет…».

Юридический директор Уралхима Димитрий Татьянин заявлял также, что «Уралхим заинтересован в стабильной работе ООО «Томет». Введение процедуры наблюдения в рамках действующего законодательства является необходимой и действенной мерой, направленной на оздоровление предприятия-должника». Хотя никакого оздоровления успешному до встречи с Уралхимом Томету, вовсе не требовалось.

Сейчас уже очевидно, что слова и заявления Уралхима оказались не более, чем враньем в интересах пиара. Отклонив предложенное мировое соглашение и проголосовав за введение конкурсного производства, Уралхим опроверг свою незаинтересованность в банкротстве Томета.

Абсурдная по своей сути трактовка Уралхимом целей акционера Томета, предлагающего заключить мировое соглашение, как «окончательное разорение и остановка производства» также видится попыткой изобразить хорошую мину при очень плохой игре.

Как сообщил присутствовавший на собрании кредиторов представитель ПАО «Тольяттиазот»: «С ПАО Тольяттиазот условия мирового соглашения никто не обсуждал. Наше мнение Уралхим не интересует в принципе, несмотря на то, что Уралхим должен действовать в интересах ПАО «Тольяттиазот». Уралхим считает, что он понимает наши интересы лучше нас самих и вправе подменять собой органы управления ТОАЗа. Поведение данного лица является абсолютным волюнтаризмом. Если исходить из требований закона, критериев добросовестности и разумности, то заключив такое мировое соглашение, Уралхим должен был бы из предложенной Триумфом суммы почти 90% передать Тольяттиазоту, так как кредитором на сумму более 77 млрд. рублей в любом случае является ПАО «Тольяттиазот». Очевидно, что такое предложение данное лицо устроить не может. Весьма вероятно, что в конкурсном производстве мы получим значительно меньше. Зато Томет, судя по заявлениям Уралхима, получит нового «эффективного» собственника».

Представляется, что действительная цель, которую преследует Уралхим в банкротстве Томета, действительно раскрыта г-ном Ермизиным в заявлении на собрании: «придет новый собственник». Скорее всего, таким новым собственником как раз и станет Уралхим либо иные близкие к нему лица. Процедура реализации имущества банкротов на торгах, как правило, максимально непрозрачна, порядок и процедура его реализации зависит от решения кредиторов, считай того же Уралхима. Вкупе с подконтрольным себе конкурсным управляющим Уралхим без проблем получит Томет в свою собственность.

В самую последнюю очередь, перед закрытием собрания Селищев решил заслушать представителя трудового коллектива Томета, который озвучил общую позицию работников, поддерживающих заключение мирового соглашения и переживающих о судьбе предприятия. Предваряя выступление представителя работников, представитель Уралхима Иван Роговой прокомментировал его присутствие на собрании словами: «тяжелый случай».  Действительно, для представителей Уралхима, не считающих нужным считаться с чьими-либо интересами, кроме своего шефа Мазепина, даже необходимость выслушивать чье-то мнение, является тяжелым случаем.

Выступление представителя работников прокомментировал управляющий Селищев, заверив, что в его принципах работа, а не разрушение предприятия: «Или это восстановление платежеспособности, или нахождение нового инвестора. … трудовой коллектив при процедуре банкротства не пострадает, … если нам не будет мешать «Тольяттиазот», мы обеспечим производство и зарплаты те, которые были, во всяком случае при предыдущем руководстве».

Как отметил представитель «Тольяттиазота»: «Вектор развития дальнейших событий задан. Вина во всех проблемах, если таковые будут возникать у конкурсного управляющего и Уралхима в процедуре банкротства Томета, уже сейчас априори возложена на Тольяттиазот. Возникает вопрос, почему такие суждения позволяет себе арбитражный управляющий? На основании чего он дает какую-то оценку нашим будущим действиям? Пока что, наоборот, именно г-н Селищев своими действиями мешает Тольяттиазоту в реализации его законных прав. Так, мы были лишены возможности принять участие в собрании кредиторов по причине непредставления им в суд отзыва на наше требование, не связанное с приговором Комсомольского суда. Наше требование было получено Селищевым 13 января, а заседание суда состоялось 8 февраля. Времени на представление отзыва было более чем достаточно. Такие действия Селищева мы расцениваем как недобросовестные, заведомо направленные на наш недопуск на собрание кредиторов. «Эффективность» управляющего Селищева подтверждена его рейтингом, опубликованном ФНС РФ. Он занимает в нем 4595-ое место из 4632-х мест, с суммарным балом 1,30 из 2100 возможных. Неудивительно, что именно такая кандидатура была выбрана Уралхимом».

Впрочем, г-н Селищев не воздержался и от комментариев в отношении предложенного мирового соглашения, заявив после собранию изданию: «Triumph Development Limited заверяет кредиторов в своей готовности к диалогу и обсуждению конструктивных способов завершения процедуры банкротства Общества. Однако предложенные ими условия невозможно считать приемлемыми. Это больше напоминает не конструктивный диалог, а попытку затянуть время, пока не будут найдены новые способы уклонения от компенсационных выплат и срыва исполнения судебных решений. Оснований для списания основной части долга я не вижу».

Как заявил представитель Триумфа: «Весьма странно слышать такие заявления и оценки от арбитражного управляющего. Казалось бы, кому, как ни ему, радеть за конструктивный выход из процедуры банкротства. Что дает ему право и основания утверждать о затягивании времени, поиске сроков уклонения от выплат и неисполнении судебных решений? Это давно знакомая нам риторика Уралхима, вложенная им в уста временного управляющего. Судя по ней, говорить о независимости такого управляющего вряд ли приходится. Кстати, Томет в суде предлагал назначить управляющего методом случайного выбора СРО, но такое предложение категорически не устроило Уралхим, что неудивительно».

Решение собрания кредиторов означает, что 1 марта решением суда Томет будет признан банкротом, введено конкурсное производство. Общий контур будущего Томета обозначен «незаинтересованным в банкротстве Томета» Уралхимом – реализация имущества новому «эффективному» собственнику.

Мира не будет. Корпоративная война, развязанная Мазепиным, продолжается. А жертвы среди «мирного населения» на войне, как правило, не считают. 

*** ИНФОРМАЦИЯ ***

  • Новости размещаются в автоматическом режиме.
  • В данном случае источником новости под заголовком «Обещать – не значит не банкротить» является данный сайт.
  • По вопросу размещения новостей и другим услугам смотрите информацию в соответствующем разделе услуги.

*****