Виктор Бабарико назвал рейдерским захват белорусского банка «Газпрома»

Виктор Бабарико назвал рейдерским захват белорусского банка «Газпрома»

Виктор Бабарико назвал рейдерским захват белорусского банка «Газпрома»

Комитет госконтроля Белоруссии 12 июня сообщил об обысках и задержаниях нынешних и бывших сотрудников Белгазпромбанка, по 49,8% акций которого принадлежат российским «Газпрому» и Газпромбанку. Всего задержаны 15 человек. 

Уголовные дела возбуждены по статьям о легализации средств, добытых преступным путем, в особо крупном размере и об уклонении от уплаты налогов в особо крупном размере. В ходе следственных мероприятий изъято более $4 млн.

Расследование в отношении сотрудников банка началось еще в 2016 году, рассказал 12 июня президент Белоруссии Александр Лукашенко. Активизировалось оно после того, как была получена информация от иностранных партнеров. На протяжении 20 лет, с 2000-го по май этого года, председателем правления банка был Виктор Бабарико. Он ушел в отставку и 12 мая объявил о своем намерении участвовать в президентских выборах, которые пройдут 9 августа. Бабарико связывает события в банке со своей политической деятельностью. Лукашенко, назвавший Бабарико негодяем, выразил уверенность, что тот не мог не знать о происходившем в банке.

«Это не просто кампания устрашения»

— Считаете ли вы задержание работников и топ-менеджеров Белгазпромбанка кампанией устрашения вас как оппозиционного кандидата?

— Я даже не знаю, как это назвать. Это не просто кампания устрашения. Я полностью разделяю позицию из пресс-релиза «Газпрома» и Газпромбанка. Это — рейдерский захват, причем со стороны государства, нарушающий не только внутреннее законодательство, но и международные договоры. Вся логика происходящего подсказывает, что это процесс, направленный против меня. Он затрагивает интересы собственников, клиентов, творится абсолютный беспредел, нарушаются все законы Беларуси по банковской тайне в отношении людей, которые даже не являются фигурантами этих дел. Устрашение — это малая часть того, что происходит.

РБК обратился за комментарием по поводу слов Бабарико к пресс-секретарю президента Белоруссии Наталье Эйсмонт.

— То есть целью является в том числе и сам банк?

— Нет. Целью являюсь я. Но используются методы не только устрашения меня, но и давления на моих самых близких друзей, на моих коллег, членов инициативных групп. Это тотальная борьба, даже не знаю, как еще сказать. И все подчиняется одному: найти хоть что-то для того, чтобы помешать провести выборы в Беларуси.

Президентские выборы в Белоруссии пройдут 9 августа. О намерении баллотироваться заявили 15 человек, в том числе действующий президент Александр Лукашенко. Для регистрации кандидатам необходимо сдать не менее 100 тыс. подписей.

— Если председателем правления банка назначат Надежду Ермакову (о том, что это возможно, сообщали белорусские СМИ), которая ранее возглавляла Нацбанк Белоруссии, можно ли будет говорить о переходе банка под контроль государства?

— Есть законодательство Республики Беларусь. Председателя правления назначают собственники и акционеры. В Белгазпромбанке государство имеет исчезающе малую долю (меньше половины процента), и эта доля не является «золотой акцией». Поэтому назначение даже и.о. председателя правления — прерогатива акционеров. Никаких вариантов здесь нет — надо сначала сменить собственников. Если бы, например, сейчас правительство Беларуси выкупило банк у собственника, то эти действия, наверное, были бы законными. Но как следует из пресс-релиза акционеров, у них этот банк никто не выкупал. Значит, любые назначения в этом банке могут быть только с их согласия.

Я, если честно, когда узнал об этом, подумал, что звонки, наверное, какие-то должны были быть, договоренности. Это правильно — позвонить собственникам, тем более иностранным. Сейчас это равносильно тому, чтобы прийти в чужую квартиру и сказать: я здесь буду жить, теперь она моя, потому что я сюда пришел. Творится полное беззаконие.

— Знаете ли вы лично главу «Газпрома» Алексея Миллера и главу Газпромбанка Андрея Акимова?

— Для меня знакомый — это когда человек меня узнает и может поздороваться. Мы встречались и с Алексеем Борисовичем, и с Андреем Игоревичем. Но уверенности в том, что они меня узнают, у меня нет. Мы встречались, и я их знаю, но это были короткие формальные встречи. Если кто-то их них скажет, что он знаком со мной, я с удовольствием это подтвержу.

— Задержанных обвиняют в отмывании и уклонении от уплаты налогов, причем дело тянется с 2016 года. Вы считаете обвинения обоснованными?

— Так как я уже не сотрудник банка, то ситуацию с сотрудниками я не могу комментировать. Я не знаю, в чем их обвиняют. Я только знаю, что может быть предъявлено моим друзьям. Я вчера в стриме об этом сказал.

Им предъявлено уклонение от уплаты налогов, потому что у них на хранении есть мои деньги. У меня есть такая банковская привычка не хранить все в одной корзине. И у них мои деньги на хранении находились. И я очень надеюсь, что я их назад получу. Это единственное, что я могу предположить. Был обыск, были найдены ценные бумаги, и понятно, что у людей, у которых они были найдены, нет видимого дохода, чтобы у них были такие деньги. Но я вчера публично заявил, что это не их деньги — это мои деньги, переданные им на хранение. И поэтому эта статья им не подходит. А в чем обвиняют сотрудников банка, мне вообще сложно представить.

Как работает Белгазпромбанк

Основан Белгазпромбанк был еще в 1990 году под названием «Экоразвитие»: среди его акционеров насчитывалось 49 юридических и физических лиц, но, как говорится на сайте самого банка, крупных собственников было значительно меньше (среди них оказался, например, футбольный клуб «Динамо»). В 1993 году у банка сменились состав акционеров, структура и бренд (в течение пяти лет он носил название «Олимп»), а уже в 1997-м его крупнейшими собственниками стали «Газпром» и Газпромбанк. Сейчас каждый владеет по 49,8% банка, незначительная доля принадлежит государству в лице Госкомитета по имуществу и ОАО «Газпром трансгаз Беларусь».

Банк входит в топ-5 крупнейших белорусских финансовых организаций: в 2019 году его активы составили 4,9 млрд белорусских рублей (143,4 млрд руб.), что на 10% больше, чем годом ранее. Прибыль выросла на 7%, до 111,5 млн белорусских рублей (3,2 млрд руб.). Для сравнения, активы крупнейшего в Белоруссии Беларусбанка составляют 26,2 млрд белорусских рублей (766,4 млрд руб.), чистая прибыль — 310,9 млн белорусских рублей (9,1 млрд руб.).

«Я готов был к провокационным действиям»

— Сейчас, когда уже задержаны люди, а глава Комитета государственного контроля делает недвусмысленные намеки о вашей причастности, вы думаете о том, чтобы отказаться от участия в выборах?

— Я, наверное, не предполагал такого масштаба и такого страха, который наведут эти выборы на действующую власть. Но я готов был к, назовем это так, провокационным действиям. И если это тогда не остановило меня, то запуск этого сценария сейчас не может меня остановить. Мы предприняли все действия, чтобы дойти до 9 августа, даже если я буду вне доступа. У нас есть законодательство, и оно четко определяет, кто не может быть допущен до выборов, и даже задержанный человек может быть допущен, поэтому у нас все подготовлено на тот случай, если я неожиданно пропаду.

— То есть если ЦИК вас зарегистрирует, вы уже гарантированно будете в бюллетене, даже если в этот момент будете, например, в СИЗО?

— По закону только судимые люди не имеют права баллотироваться. Они будут должны постараться сделать так, чтобы до 9 августа прошел суд, но это нарушение всех процессуальных норм. Это просто невозможно.

— А на вашего сына могут надавить? Он все-таки косвенно, но связан с Белгазпромбанком.

Эдуард Бабарико — основатель фандрайзинговой платформы MolaMola. Расчетным банком, который организует переводы, согласно данным на сайте платформы, является Белгазпромбанк. В день ареста работников банка MolaMola объявила, что банк заблокировал операции на фандрайзинговом портале.

— Вряд ли, я, во всяком случае, на это надеюсь. Мой сын взрослый человек. Он принял самостоятельное решение. Он к этому готов. Но удар по моим близким друзьям стал для меня даже неожиданней, чем если бы он был по сыну. Потому что и я, и он, мы приняли осознанное решение. Но ударили по людям, которые виноваты только в том, что они мои друзья детства. И вот это вообще за гранью.

— Несколько дней назад вы сказали, что рассчитываете на сознательность людей, которые «выполняют приказ фабриковать дело», потому что выборы пройдут меньше чем через два месяца и к власти может прийти оппозиция. Вы все еще рассчитываете на то, что эти люди не станут выполнять приказ?

— Сейчас ситуация такая: только часть действий, которые предпринимаются, незаконна. Та часть, которая касается Белгазпромбанка, — я вообще не понимаю, зачем они это делают. Теоретически любого человека можно остановить и задержать на 72 часа, потому что он вам кого-то там напомнил. И сказать, что это незаконно, нельзя. Другое дело, что будет через эти 72 часа. Поэтому пока я бы не сказал, что это преступление. Неправомерность и нелогичность — может быть. Пока мы не видим прямого нарушения закона. Все будет ясно через 72 часа, то есть в понедельник. Но это, безусловно, давление на меня, на людей, чтобы они либо себя, либо других оговорили. Все это есть, но все-таки пока нельзя сказать, что это незаконно. И я все-таки продолжаю верить, что люди, которым отдадут уже противозаконный приказ, не будут его выполнять.

— Вы по-прежнему думаете, что можно честно выиграть на выборах президента Белоруссии?

— Есть замечательная книжка — «Восстание масс». Ни один человек, ни один диктатор даже кровью не может удержать большинство. Он может сопротивляться возникновению большинства или активному меньшинству. Но сопротивляться большинству невозможно. И правда состоит в том, что, как бы ни было обидно это признать, электоральное большинство все эти 26 лет было у действующей власти. Да, наверное, не 87%, но больше 50%. И это подтверждают большинство опросов. Да, были фальсификации, но все равно выбор народа был на стороне действующей власти. А вот когда это будет уже меньше 50%, вот в такой ситуации никогда еще никто не справлялся. И я думаю, что сейчас уже мы соберем больше 50%.

— Вы всегда избегаете говорить, что будет, если вас арестуют или не зарегистрируют кандидатом. Призовете сторонников выходить на улицы?

— Я очень не люблю сослагательное наклонение. Рассуждать о таких вещах можно бесконечно долго. Мы убедили и доказали нашим сторонникам, что мы всегда знаем, что делать. Люди наконец-то поверили, что банкир — это человек, который понимает, что такое риск, что такое система управления рисками. Во многих вещах мы работаем на опережение. И точно понимаем сценарии. У нас на сегодня все готово к тому, чтобы даже без меня дойти до 9 августа. Все! Мы сегодня сдали практически 100 тыс. подписей. Мы ко всем развитиям событий готовы. У меня записаны уже обращения…

— Обращения к сторонникам?

— Заявления о том, что действия, которые будут предприниматься без меня, одобрены и согласованы со мной, чтобы люди понимали, что это не реакция на неожиданность, это четкое понимание, что этот сценарий начинает реализовываться, не переживайте, мы к этому были готовы. Мы на удаленке привыкли работать, вот считайте, что, если что, это будет разговор с народом по удаленке. И у нас такие сценарии есть и до 9 августа, и дальше. Все есть. Что делать — мы знаем. Не говорим об этом мы не потому, что боимся, а потому, что пока это бессмысленно.

«Любой стране выгодно иметь спокойных партнеров»

— Почему, как вы считаете, Лукашенко обвиняет оппозиционных кандидатов в связях с Россией? Это находит какой-то отклик у его сторонников?

— Нет. Он делает это исходя из событий последних месяцев — года, переговоров об углубленной интеграции. И, в частности, речь о той самой пресловутой 31-й «дорожной карте», которую не видел никто, но которая вызвала огромный резонанс в Беларуси из-за того, что в ней содержатся обязательства, приводящие к тому, что Беларусь теряет свой суверенитет. И эта «карта» вызвала такой всплеск негодования. И в первую очередь почему-то в отношении России, а не Беларуси. Сейчас в белорусском обществе любой намек на то, что что-то делается в интересах России или другого государства, неважно какого, вызывает реакцию. Просто Александр Григорьевич привел страну к этой пропасти. Но все кандидаты, наоборот, говорят о том, что наша задача — отойти от этой пропасти. А он решил, наверное, оседлать тему, что якобы потеря суверенитета является мечтой любого кандидата, кроме него самого.

— Как вы думаете, у Москвы есть какой-то интерес в том, чтобы власть в Белоруссии сменилась?

— Я могу общо сказать. Мне кажется, любой стране выгодно иметь спокойных, уравновешенных партнеров, которые могут экономические темы обсуждать с точки зрения взаимовыгоды, а не исключительно «вы нам, а мы вам ничего» или «когда-нибудь потом». Наш действующий лидер сказал: за 26 лет у нас не осталось ни одного друга, кругом одни враги. Вот мне кажется, такой партнер, делающий весь мир своим врагом, вряд ли кому-то интересен.

— Какими должны быть отношения Белоруссии и России?

— Любые отношения между странами должны базироваться на трех самых главных принципах. Всем другим позволено говорить: «My country is the 1st» (моя страна — номер один), но когда Беларусь так говорит, ей отвечают: ну как это, она же должна быть с кем-то. Но Беларусь имеет право на такую позицию. Кроме того, все союзы и отношения должны строиться на принципе win-win (двойного выигрыша) или, как говорят некоторые шутники, lose-lose (двойного проигрыша). И третье, это принципиально, — не затрагивать тему потери суверенитета и не формировать зависимостей. Я не считаю правильными и хорошими союзы, когда одна страна зависит от другой.

— Какие три главные проблемы современной Белоруссии?

— Я бы называл две тактических и одну стратегическую. Две тактические: эпидемия COVID-19 и принятие мер, минимизирующих риски. Это основная проблема современной Беларуси, и тот, кто победит на выборах, обязан будет это сделать, иначе это будет катастрофа. Это реально катастрофа.

Второе: меры по поддержке постковидной экономики. Потому что тот удар, который нанесен… Сейчас реально очень быстро нужно принять пакет мер, который остановит нанесение урона и позволит взять курс на восстановление экономики и ее возвращение на какую-то устойчивую точку. Вот это две тактические задачи, которые нужно решать в первые сто дней. Даже раньше. В первые месяц-два они должны быть решены.

И стратегическая — конституционная реформа, построение правильной системы управления страной, разделение властей и введение ограничения по срокам президента. Это то, что разрушило правильную систему власти в Беларуси. Отсутствие разделения властей порождает единственного гения, а я не верю в универсальных бойцов. Это то, что должно быть сделано не позднее конца этого года.

— Почему, по-вашему, президент Лукашенко сменил правительство?

— Для меня не очень понятно. Я могу только привести шутку из Facebook. Это не моя шутка: «Стоило Бабарико назвать правительство умным, его тут же отправили в отставку».

Виктор Бабарико родился в Минске в 1963 году. У него три высших образования: в 1988 году окончил механико-математический факультет Белорусского государственного университета, в 1995-м — Академию управления при кабинете министров Белоруссии, в 2000 году — Белорусский государственный экономический университет.

С 1995-го работает в банковской сфере, с июля 2000-го по май 2020 года был председателем правления Белгазпромбанка. Стал лучшим управляющим 2016-го и топ-менеджером 2018 года по версии белорусской банковской премии «Банк года».

12 мая выдвинул свою кандидатуру для участия в президентских выборах. Тогда же покинул пост председателя правления Белгазпромбанка.

*** ИНФОРМАЦИЯ ***

  • Новости размещаются в автоматическом режиме.
  • В данном случае источником новости под заголовком «Виктор Бабарико назвал рейдерским захват белорусского банка «Газпрома»» является данный сайт.
  • По вопросу размещения новостей и другим услугам смотрите информацию в соответствующем разделе услуги.

*****