Если ветер дует не туда. Пойманное с поличным руководство Балаковорезинотехники повело себя как дворовая шпана

Если ветер дует не туда. Пойманное с поличным руководство Балаковорезинотехники повело себя как дворовая шпана

Виной всему ветер-проказник и жара,

Или как на БРТ хлопковую пыль не уберегли
Хоть стойте, хоть сразу жа падайте! Пресс-конференция руководства оскандалившегося впервые дни лета предприятия «Балаковорезинотехника» на площадке приемной партии власти, посвященная зафиксированному активистами возгоранию отходов, началась с того, что и.о. директора БРТ Олег Сильченко попросил журналистов… не вести видеозаписи встречи!

Мотивировал он свою просьбу довольно странно: на предприятии идет внеплановая прокурорская проверка. Следует сказать, что эта встреча должна была состояться днем раньше на территории завода, но руководство БРТ не пустило на завод представителей прессы и перенесло пресс-конференцию назавтра. Одно это уже говорит о том, что руководители явно не расположены к открытости и на контакт с журналистами пошли только из-за поднявшейся шумихи в соцсетях и прессе вокруг ночного пожарища.

— В ночь с 5 на 6 июня произошло несанкционированное возгорание текстильных отходов и травы, которую мы скашиваем на территории предприятия. Возгорание произошло из-за того, что рядом у нас находится печь дожига, где идет сбор отходов после дожига. Была жаркая погода и есть предположение, что ветер надул, и искра попала на эти отходы. Что и послужило причиной возгорания, – довольно путано объяснил свою версию событий Олег Сильченко.

Видимо, Олег Анатольевич не ознакомился с официальным пресс-релизом, который прислала на сайт SutyNews.ru пресс-служба предприятия в тот же день после ночного ЧП за его же подписью. А в нем черным по белому написано: «текстильная ветошь загорелась от неостывшей золы. Накануне работники цеха №055 сжигали мусор – сухую прошлогоднюю листву и траву».
То есть возгорание по этой версии произошло не от искры из печи, а от неостывшей в результате сжигания травы золы. Пытаясь прикрыть явную неувязку в словах шефа, начальник отдела охраны природы завода Ольга Утюмова заявила, что сухостой и спил деревьев они сжигают в печи, а не под открытым небом. Зола, которая якобы стала причиной возгорания, складируется на площадку для временного хранения отходов из печи дожига. Температура этой золы достигает 31 градуса, подчеркнула она.

Выгораживая начальника, Ольга Васильевна сама тут же попала впросак. Получается, что в нарушение элементарных правил противопожарной безопасности, работники предприятия складируют горячую золу рядом с легковоспламеняющейся ветошью. Правда она и тут нашлась что сказать: почему произошло возгорание:

— Потому что был ветер. Вся Сибирь горит, лесной пожар, у нас могут быть степные пожары. Это не пожар, это локальное возгорание. Меньше часа нам потребовалось, чтобы все затушить.

Логика железобетонная: действительно, если уж вся Сибирь горит, то почему бы немного не погореть и в Балакове!? Кстати, точно такое же возгорание на этом же самом месте было и в предыдущую ночь, но, как признался Олег Анатольевич, этот случай нигде официально не зафиксирован, потому что сами сотрудники быстро локализовали огонь. Более того, он допустил мысль о том, что именно потому что этот очаг был плохо затушен, на его месте и произошел новый пожар. Мы спросили у руководителя, сколько же всего было подобных возгораний на предприятии за последний год? Всего лишь вот эти два, это случайное стечение обстоятельств, не моргнув глазом ответил Сильченко.

К тому же Сильченко не преминул напомнить, что дымят и во многих других местах города, дымят средь беда дня, но общественность почему-то прицепилась к БРТ. Словно нарушения закона другими организациями каким-то образом оправдывает ночные шалости на этом предприятии.

Эти нелепые попытки выкрутиться и представить дело так будто эти два случая носят случайный характер, лично мне показались настоящей клоунадой- неловкой и нелепой. Лидер молодежного крыла партии Олег Удилов рассказал, что они с группой молодгвардейцев потому и выехали на предприятие ночью, что им поступили сигналы о частых ночных возгараниях на предприятии. Руководство БРТ повело себя словно нашкодивший мальчуган, пойманный с поличным в момент кражи мороженого – поймали с двумя значит стянул только две пачки. А другие вообще таскают тоннами! Логика шпаны!

Так что же горело в ту ночь на заводе? Как рассказала Ольга Утюмова горела пыль хлопковая — это текстильно-волокнистые отходы производства, которые утилизируются путем сжигания в специальной камере. Почему эти же эта ватоподобная масса не была сожжена в печи, а «случайно от ветра» загорелась на площадке под открытым небом? Вопрос риторический. Сама площадка, где произошло возгорание, находится от камеры дожига буквально в ста метрах.

Олег Удилов, который вместе с работниками прокуратуры все же прошел на завод, увидел огромные тюки с этой самой пылью и в помещении возле печи дожига, и на площадке. Этими тюками было завалено все вокруг. Но у него сложилось впечатление, что печь эта не работает уже очень давно. В помещении, где установлена печь, нет даже запаха гари. Никто не показал ему и журнала с графиком работы печи, в котором прописывается когда в каком объеме и какие именно отходы были утилизированы. Но у эколога завода свои взгляды на правила работы по утилизации отходов. Она считает: вовсе не обязательно, чтобы записи в журнале делались именно непосредственно у печи и чтобы журнал хранился тут же рядом. А где же он тогда должен хранится и кем заполнятся? Этот вопрос также остался открытым.

Начальник отдела охраны природы призналась, что в год предприятие образует 87 тонн отходов. Печь дожига может перерабатывать за час работы до 100 кг отходов. Несложно подсчитать, что для утилизации этого количества отходов печь должна работать по 12 часов беспрерывно на протяжении 2,5 месяца. Из 12 месяцев всего два с половиной! То есть загруженность печи составляет порядка 25%. И тут невольно возникает вопрос: почему тогда на предприятии скопились такие огромные завалы неутилизированных отходов? Почему их не уничтожают сразу, а накапливают в больших объемах?

Кстати, служба безопасности предприятия заставила Олега удалить все фотоснимки, которые он сделал во время пребывания на БРТ. Фотографии с места возгорания, оказывается, засекречены настолько, что общественность не имеет право их видеть. Ну не смех?

Еще один момент, который обнаружил Олег Удилов — это отсутствие записи в журнале противопожарной службы предприятия (на БРТ своя собственная пожарная служба) о случае возгорания, который произошел в ночь с 4 на 5 июня. Возникает вопрос: где гарантия, что и другие случаи возгораний отображаются в отчетных документах, а руководство не скрывает факты подобных «случайностей»? Зачем сжигать отходы в печи и тем самым фиксировать реальное количество образованных отходов (за которые, кстати, надо платить налог), если можно их «случайно» сжечь прямо на площадке под звездным небом? Кто проконтролирует режимный объект, на который так просто не попасть? Пожарная служба своя и в случае чего всегда можно не заметить, что на территории что-то горит. «Чужая» пожарка не приедет на территорию закрытого предприятия.

Чем дальше представители предприятия объясняли что, как и почему горело, тем больше у нас, журналистов возникало недоумения и неверия. В ходе дискуссии, Олег Сильченко все же согласился пригласить на завод журналистов и показать, как работает БРТ изнутри. Правда, только после того, как закончится официальная проверка предприятия прокуратурой.

Глава города Роман Ирисов попытался было взять с руководителя обещание, что подобных случаев на предприятии больше не будет. Но в ответ мы услашали, что предприятие химическое и на сто процентов дать гарантию, что никаких экстренных случаев на нем не произойдет, он не может. А вот случайного возгорания текстиля на площадке для хранения отходов они, конечно, не допустят. Забавно, что Олег Анатольвич при этом сделал оговорочку по Фрейду, назвав площадку для хранения отходов площадкой для сжигания!

Сильченко остался на своей позиции: никакого ущерба экологии БРТ не нанесло и не их предприятие является источником ядовитого смога, накрывающего периодически город. Да, факт двух «случайных» возгораний они признают, но не более того. Для доказательств загрязнения окружающей среды нужны показатели по превышению в воздухе предельно допустимых концентраций вредных веществ, нужны специальные лабораторные заборы проб воздуха. И пока ничего этого нет, руководство завода может и дальше делать вид, что ничего страшного не происходит. И списывать все на ветер-проказник, жаркую погоду и прочие роковые случайности.

Источник