Как Туркменистан, кидая инвесторов, подтверждает свои подвальные индексы

Как Туркменистан, кидая инвесторов,  подтверждает свои подвальные индексы

Как Туркменистан, кидая инвесторов, подтверждает свои подвальные индексы

Совокупный объем  претензий инвесторов к властям Туркменистана в различных международных арбитражах на сегодняшний день достиг нескольких миллиардов долларов. Туркменистан является одним из самых ненадежных партнеров на международной арене.

Очень высокая степень риска при ведении бизнеса в этой стране подтверждается практически всеми авторитетными исследованиями и рейтингами.

Подвальные индексы

В глобальном рейтинге американского исследовательского центра The Heritage Foundation, который на основании десяти контрольных показателей  рассчитывает Индекс экономической свободы (Index of Economic Freedom), в текущий момент Туркменистан занимает 164-е место  из 180. Он входит в группу стран с полностью несвободной экономикой, где существуют серьезные проблемы  с правом собственности, свободами предпринимательства, труда, торговли, инвестиций, свободой от коррупции, фискальной, монетарной, финансовой свободами и свободой от участия правительства.

По не менее важному индикатору социально-экономического состояния Индексу восприятия коррупции (Corruption Perception Index) Туркменистан находится в группе стран, где уровень коррупция оказывает значительное негативное влияние на политические, экономические и социальные процессы. Туркменистан занимает в соответствующем рейтинге 161-е место (из 180), деля его с такими государствами, как Гаити и Демократическая Республика Конго.

Важнейшим оценочным критерием для понимания уровня развития страны и происходящих в ее  экономике процессов является рассчитываемое по методике Всемирного банка «Ведение бизнеса» (Doing Business) — глобальное исследование и сопровождающий его рейтинг стран мира по показателю создания ими благоприятных условий ведения бизнеса. На данный момент исследование представляет наиболее полный комплекс показателей регулирования предпринимательской деятельности по всему миру. Но Туркменистан – одно из немногих государств мира, Doing Business в котором не оценивается из-за проблем к доступу и качеству первичной статистической информации.

Туркменистан в мировых рейтингах

Рейтинг

Год

Место в рейтинге

Transparency International/ Corruption Perception Index

2018

161 из 180

Heritage Economic Freedom/ Index of Economic Freedom

2019

164 из 180

World Bank Doing Business

2019

Не оценивается

Немецкие пекари и российские связисты против Туркменистана

Сотни  инвесторов на себе оценили, как ведется бизнес в Туркменистане и, в особенности, что значит для властей этой страны два ключевых индикатора Doing Business — «защита инвесторов» и «обеспечение исполнения контрактов». Интересно, что министр иностранных дел Рашид Мередов при этом не только благополучно сохраняет портфель,но и наращивает политический вес и влияние в стране. Говорят, не без мысли. Стать, наконец, первым лицом страны.  

Только в Международном центре по урегулированию инвестиционных споров (ISCID) при Всемирном банке в Вашингтоне в течение последних девяти лет было зарегистрировано 11 инвестиционных споров, которые вели и ведут сейчас иностранные инвесторы с Туркменистаном. https://icsid.worldbank.org/ В части исков они обвиняют туркменскую сторону во вмешательстве в проект и прекращении контракта без его полной оплаты, в части – пытаются получить через  суд компенсацию за потерянные в Туркменистане активы.

Самые свежие дела – это иски управляющего  активами в рамках дела о несостоятельности немецкой компании Uniomatex Indusrienanlagen Дирка Герцога (на 32 млн евро с процентами) и российской телекоммуникационной компании МТС (на 750 млн долларов при общем убытке за счет проектов в Туркменистане в 1,5 млрд долларов).

Немецкая сторона в своем иске обвиняет Туркменистан во вмешательстве в проект и разрыве контракта без его полной оплаты.

Хемницкая компания Uniomatex Indusrienanlagen в 2008 году  заключила с государственной Ассоциацией по зерновым продуктам  «Туркменгаллаонумлери» (подчинена Министерству сельского хозяйства Туркменистана) контракты на строительство в Туркменистане пяти мукомольных мельниц и двух торговых центров с пекарнями «под ключ».  В течение этого же года был подписан дополнительный контракт на строительство еще одного торгового центра. В итоге общая сумма контрактов составила 144 млн евро. Завершить строительство намечалось в 2011 году.

Но возведение объектов так и не было завершено, поскольку туркменские власти не вовремя выдавали таможенные и визовые разрешения и не выделяли авансы,  описывается история краха туркменского проекта, а потом всей немецкой компании в соответствующих материалах к делу. На строительных площадках не хватало газа, воды и энергии, хотя «Туркменгаллаонумлери» и обязалась подготовить соответствующую инфраструктуру.  В претензиях немцев также отмечается, что заказчик и другие госструктуры регулярно вмешивались в строительный процесс, что еще больше усложняло своевременное завершение объектов.

В  2012 году «Туркменгаллаонумлери» в туркменском суде добилась расторжения контрактов с немцами. На слушания не разрешили пригласить переводчика, а адвокат ответчика из-за давления со стороны властей в итоге был вынужден отказаться от своего мандата.  

Бывшие объекты Unionmatex были переданы турецким подрядчикам, а немецкая компания после того как ушла с туркменского рынка (она не смогла вывезти строительное оборудование) была вынуждена в 2014 году  подать заявление о ликвидации. Банкротство компании напрямую связывается с тем, что с 2008 по 2014 годы «Туркменгаллаонумлери» постоянно отказывался оплачивать работу. После нескольких безуспешных попыток решить спор во внесудебном порядке, управляющий активами подал на Туркменистан иск в Вашингтоне. Юридическую поддержку истцу оказывают немецкие юристы из компаний Schultze & Braun и Gleiss Lutz.

В июле прошлого год  в этот же арбитраж пришло заявление от российского телекоммуникационного оператора МТС. В иске россияне   обвиняют власти страны в принудительном приостановлении деятельности, которое нанесло ущерб на 750 млн долларов.

В сентябре 2017 года после завершения срока действия пятилетнего соглашения о долевом разделе прибыли  в очередной раз власти Туркменистана оставили «МТС Туркменистан» без возможности предоставлять услуги дальней и международной связи, а также поддерживать предоставление интернет-услуг.

«В Туркменистане мы сейчас продолжаем демонтаж сети, сворачивание бизнеса и займёмся ликвидацией компании», — рассказывал в марте этого года  вице-президент МТС Андрей Смелков.  — «К сожалению, мы не смогли найти какие-либо варианты досудебного урегулирования, продажи бизнеса или какого-либо возврата Туркменистана».  

Для МТС – это второе обращение в ISCID по «туркменскому вопросу». В 2010 году правительство Туркменистана уже отзывало лицензию и приостанавливало  деятельность российской компании, которую она ведет в стране с 2005 года. В течение двух лет продолжались прения в суде, за которые «МТС-Туркменистан» потерял значительную часть своей клиентской базы. Стороны тогда сумели договориться после значительных уступок со стороны МТС. Но на этот раз российская компания, судя по всему, не готова на новую их порцию и намерена возвратить ущерб через обращение в международный арбитраж.

Белорусские строители шахтеры – на очереди

В 2019 году вслед за немцами, россиянами, турками, иранцами и инвесторами из других стран мира в международный арбитраж при Торговой палате города Стокгольма вынуждены были обратиться и белорусы. Белорусская компания «Белгорхимпром» предъявила иск к Туркменистану на 150 млн долларов по результатам реализации контракта на строительство первенца местной калийной индустрии – Гарлыкского горно-обогатительного комбината. В суде белорусской компании придется отстаивать и свое доброе имя – заказчик комбината, туркменский государственный концерн «Туркменхимия» обвиняет «Белгорхимпром» в некачественной работе.

Контракт между «Белгорхимпромом» и «Туркменхимией» был подписан в январе  2010 года. По нему белорусская сторона брала на себя обязанности возвести «под ключ» горнообогатительный комбинат на Гарлыкском месторождении калийных солей, сопровождать его работу до вывода на производственную мощность и обучить граждан Туркменистана на шахтеров и химиков на базе учебных заведений Беларуси. Сумма контракта составила 1 млрд долларов.

Уже в ходе его реализации начали проявляться проблемы во взаимоотношениях с восточным партнером.  Туркменская сторона по контракту обязалась подготовить соответствующую инфраструктуру для строительства объекта, но делала это медленно. Несмотря на предварительные договоренности, белорусский подрядчик получил мизерную долю от тех льгот, на которые он рассчитывал. Ему, например, пришлось за свой счет уплатить 1 млн долларов за экспертизу проектной документации. Когда 11 января 2013 года в районе Гарлыка пронеслась разрушительная буря и повредила часть оборудования, государственный страховщик «Туркменгосстрах» отказался принять требования о возмещении убытков. Иск на его действия не принял, в свою очередь, туркменский суд.

С 2016 года начали возникать проблемы с оплатой произведенных работ, что привело к тому, что в правительстве начали публично выражать  «крайнюю обеспокоенность в связи с продолжающимся несоблюдением туркменской стороной взятых на себя финансовых и иных обязательств по реализации указанного проекта». Председатель межправительственной комиссии, вице-премьер Беларуси Анатолий Калинин десятки раз выезжал на стройку, проводит непростые переговоры с руководством Туркменистана о проблеме неплатежей.

В конце марта 2017 года уникальный комбинат, построенный с нуля в Каракумской пустыне, прошел через государственную приемочную комиссию, а потом был торжественно запущен в эксплуатацию лидером Туркменистана  Гурбангулы Бердымухамедовым. И с этого момента туркменская сторона и вовсе прекратила все выплаты по контракту, который действовал до марта 2020 года. В середине 2018 года, когда в одностороннем порядке «Туркменхимия» разорвала документ, ее долг перед белорусским подрядчиком «Белгорхимпром» достиг 52 млн долларов. Несмотря на все попытки белорусской стороны  урегулировать ситуацию, несмотря на то, что самостоятельно за это время «Туркменхимия» и «Туркмен калий» даже близко не подошли к проектным показателям по добыче руды и производству калийных удобрений, консенсус не был найден. С конца 2018 года стороны решают спорные вопросы в Стокгольмском арбитраже.

Для «Белгорхимпрома» работа по туркменскому проекту стала серьезным испытанием. Нерегулярность платежей со стороны местных партнеров, а потом и отказ платить, не могли  не оказывать давления на финансовое состояние. Если в первые годы действия контракта подрядчик работал с прибылью, то к его завершению ее размеры начали сокращаться. 2016-й год «Белгорхимпром» закончил с серьезным убытком почти в 50 млн долларов, 2017-ый — со скромной прибылью. По итогам 2018 года из-за долгов по Гарлыкскому ГОК  вновь ожидается минус.

Но история немецкой компании Unionmatex, которую невыплаты по  туркменским контрактам привели к банкротству и ликвидации, в случае с «Белгорхимпромом»  не может повториться. Компания — один из лидеров в проектировании и строительстве комплексов  в удобренческой отрасли. В его текущем портфолио находятся такие грандиозные объекты как Петриковский ГОК «Беларуськалия», Нежинский ГОК «Славкалия», Талицкий ГОК «Акрона», а среди его акционеров  — один из крупнейших в мире производителей калийных удобрений «Беларуськалий».

Автор: Анвар Самедов

Источник