ОПГ в деле Абызова: откуда она взялась

ОПГ в деле Абызова: откуда она взялась

Бывший министр Михаил Абызов останется в СИЗО до 25 мая. Мосгорсуд признал законным его арест. На заседании выяснилось, что ФСБ не увидела в деле признаков ОПГ, а СКР увидел. Русская служба Би-Би-си в шести пунктах рассказывает о других важных подробностях дела.

Абызов и еще четверо обвиняемых по делу были задержаны и обвинены в хищении 4 млрд рублей (62 млн долларов) 26 марта. Помимо бывшего министра суд арестовал Николая Степанова, Максима Русакова, Галину Фрайденберг и Александра Пелипасова. Еще одного обвиняемого — Сергея Ильичева — задержали спустя 11 дней, он скрывался за границей и был объявлен в федеральный розыск.

Все они арестованы до 25 мая.

Кого арестовали вместе с Михаилом Абызовым

Галина Фрайденберг, директор по экономике и финансам АО «РЭМиС«

Александр Пелипасов — бывший генеральный директор «Сибэко»

Николай Степанов — бывший гендиректор группы RU-COM (объединяет активы Абызова). Абызов на суде по мере пресечения называл Степанова другом

Максим Русаков — зампред совета директоров «Региональные электрические сети» и заместитель гендиректора RU-COM

Сергей Ильичев — бывший глава компании «Региональные электрические сети»

Всех их обвиняют в совершении преступлений по статьям «мошенничество в особо крупном размере» и «организация и участие в организованной преступной группе».

Следствие уже арестовало банковские счета Абызова и утверждает, что он пытался снять с них деньги. Арестовали 437 миллионов рублей, находящихся на расчетных счетах, а 2 апреля — о наложении ареста на его имущество, два земельных участка, два жилых дома в Московской области, 3 квартиры и 4 комнаты, а также машино-место в Москве.

Русская служба Би-би-си рассказывает об основных материалах в деле.

Известный оценщик

В основе дела лежит заключение специалиста «Коллегии ревизоров, экспертов и специалистов» (КРЭС) Александра Алешина.

Алешин имеет многолетний опыт сотрудничества с правоохранительными органами. Из справки, которая есть в материалах дела, следует, что в 2001 году генеральная прокуратура привлекала его в качестве ревизора по делу Мост-банка, президентом которого был опальный олигарх Владимир Гусинский. Он выступал экспертом по громкому делу Росагролизинга в 2011 году, по которому в качестве свидетеля проходила бывший министр сельского хозяйства Елена Скрынник.

Еще одно из громких дел, к которым он привлекался в качестве эксперта — дело замминистра финансов Сергей Сторчака (в 2008 году он пробыл под стражей почти год по делу о хищении бюджетных средств, предназначенных для урегулирования проблемы долга Алжира).

Как выглядела сделка?

Следствие считает, что Абызов и сообщники организовали схему хищения 4 млрд рублей. Из чего сложилась эта сумма?

В 2011 году Абызову принадлежало около 95% акций компаний «Сибэко», «Региональные электрические сети» (РЭС) и ОАО «Сибэнергострой». У последней было четыре дочерние компании. Это ЗАО «Новосибирскэнергоснабкомплектоборудование» (НЭСКО), «Инженерный центр» (ИЦ), ЗАО «Производственно-ремонтное предприятие» (ПРП) и ЗАО «Энергоспецмонтаж» (ЭСМ).

Летом 2011 года Абызов, по версии следствия, поручил создать офшорную компанию Blacksiris Trading Limited. Она учредила четыре компании. Затем Галина Фрайденберг организовала оценку стоимости НЭСКО, ИЦ, ПРП и ЭСМ в 156 млн рублей. В декабре 2012 года она организовала аукцион, на котором эти четыре компании были проданы за 186 млн рублей Blacksiris. В июле 2013 года акционеры Blacksiris присоединили НЭСКО, ИЦ, ПРП и ЭСМ к четырем фиктивным компаниям. А 8 декабря 2013 года Пелипасов от лица «Сибэко», а Ильичев от лица РЭС заключили с Blacksiris договор о покупке у нее акций четырех компаний на 2,5 млрд и 1,5 млрд рублей. Так складывается сумма в 4 млрд рублей.

Ранее «Дождь» и «Коммерсант» писали, что защита нескольких обвиняемых по делу считает, что в данном случае статья в деле должна быть изменена на 165 УК РФ — «причинение имущественного ущерба». «Коммерсант» писал со ссылкой на одного из защитников, что статья относится к преступлениям средней тяжести и по ней уже почти вышел срок давности.

Оценка пролежала год

ФСБ обратилась к Алешину в феврале 2018 года, то есть за год до ареста Михаила Абызова.

Спецслужбу интересовали два вопроса: имело ли место нарушение интересов «Сибэнергострой», «Сибэко» и РЭС в ходе сделок, а также имело ли место нарушение интересов каких-либо лиц и какова может быть оценка ущерба для них.

Оценщик подсчитал, что за счет перепродажи компаний Вlacksiris Trading Limited заработал чуть более 3 млрд рублей. «Такой доход, полученный за 8 месяцев, безусловно не может быть признан обыкновенным, рыночным, поскольку абсолютно несоразмерен усилиям, затратам и принятым рискам в этой операции», — написал Алешин.

Он приходит к выводу, что РЭС и «Сибэко» в результате сделок был нанесен экономический ущерб, который складывается из разницы между фактически уплаченной суммой за покупку четырех компаний и максимально возможной величиной рыночной оценки (1,5 млрд рублей против 470,2 млн рублей в случае с РЭС и 2,5 млрд рублей и 972,772 млн рублей в случае с «Сибэко»).

Сумма вреда, которая была причинена в результате сделки миноритарным акционерам РЭС составила всего 42,863 млн рублей, миноритариям «Сибэко» — 67,98 млн рублей, следует из материалов оценщика.

Кто дал добро на прослушку

Известно, что до возбуждения уголовного дела ФСБ вела прослушку телефонных разговоров Абызова и Степанова. Они тоже легли в основу дела. Об этом писал РБК, Би-би-си подтвердил это источник, знакомый с материалами дела.

В деле фигурируют расшифровки 2017-2019 года. Многие из них довольно короткие, из них не всегда можно понять, о чем идет речь. Иногда собеседники обсуждают бытовые вопросы.

Как сказал источник Би-би-си, знакомый с материалами дела, в них отсутствует информация о судебном решении, на основании которого ФСБ начала прослушивать разговоры бывшего министра.

На заседании Мосгорсуда один из адвокатов Абызова Александр Вершинин заявил, что сопроводительные материалы дела, которые были переданы в Следственный комитет, подписаны начальником управления К службы экономической безопасности Иваном Ткачевым. Он же курировал многие громкие дела, такие как дело экс-министра Алексея Улюкаева или дело сенатора от Карачаево-Черкесии Рауфа Арашукова и его отца Рауфа.

Ткачев направил материалы сразу руководителю Главного управления по расследованию особо важных дел Следственного комитета России Ростиславу Рассохову, то есть сразу определил, какой орган должен вести следствие. «Это является незаконным», — сказал Вершинин на заседании. По его словам, в этом случае материалы можно было направить в следственный департамент МВД, но ФСБ направила их именно в СК. Кроме того, материалы надо было направить сначала главе СК Александру Бастрыкину или его заместителю Игорю Краснову.

«ФСБ пришла к Рассохову, сказала: «Мы хотим», те взяли под козырек, арестовали человека. Да безобразие это, — возмущался адвокат. — Басманный суд просто проштампует, даже не читая, документы. Я, ваша честь, защищал многих по делам, которые представлялись ФСБ. Никогда за 10 лет моей карьеры господин Ткачев не направлял материалы Рассохову. Только Краснову, только Бастрыкину. А здесь мы уже все, пришли, на кухне договорились, давай закроем Абызова».

ФСБ не увидела ОПГ

В сопроводительных документах ФСБ для Следственного комитета не было указано, что в деле есть признаки преступления по тяжкой 210-й статье УК РФ — создание ОПГ. Она появилась уже после того, как делом занялся Следственный комитет, заявил Александр Вершинин на заседании Мосгорсуда.

Дело ведет старший следователь по особо важным делам при председателе СК Сергей Степанов.

«Ни указания, ни мнения оперативного подразделения о том, что в действиях Абызова содержатся признаки […] статьи 210 УК, там нет. И только 210-ю статью, возбуждая уголовное дело, наш покорный слуга генерал-майор юстиции Степанов [нашел]. Это он принял решение. То есть оперативные сотрудники ФСБ 210-ю не видели, а он увидел. Вник и увидел», — заявил адвокат Абызова.

У потерпевшего и следствия разные оценки

В качестве потерпевшего в деле фигурирует ФГУП «Алмазювелирэкспорт». Это единственная компания, которая признана в деле потерпевшей. Она владеет 0,009% акций «Сибэко», что в пересчете на деньги составляет 231 тысячу 247 рублей, сказал на заседании Мосгорсуда адвокат Алексей Кирсанов.

Об оценке ущерба стало известно из допроса представителя ФГУП — Алексея Чернышова, советника генерального директора «Алмазювелирэкспорта».

ОПГ в деле Абызова: откуда она взялась

Компания, с его слов (как записано в протоколе допроса), оценивает ущерб в 10 млн рублей. Он не назвал ни одного из тех, кто был арестован по этому делу.

В деле есть допрос свидетеля — Гегама Акопяна. Он рассказал следствию, что получил около 1000 акций «Новосибирскэнерго» в 1997 году, когда работал экономистом в компании «Инкомстрой», в качестве премии за хорошую работу.

В результате реорганизации «Новосибирскэнерго» он стал акционером «Сибэко» и РЭС.

Акции «Сибэко», по словам Акопяна, у него были принудительно выкуплены в 2019 году за 2,7 млн рублей. Сейчас у него есть 8 102 акции РЭС номинальной стоимостью 100 рублей каждая. Акопян утверждает, что из-за сделок ему был причинен ущерб. Сумму ущерба он не называет.

О сделках, которые легли в основу дела, он по его словам, узнал, анализируя отчетность РЭС. Далее он описывает подробно сделки, а затем называет имена всех арестованных.

Источник