В обществе нарастает ощущение безысходности и усталости от власти

На вопросы корреспондента «Пугачевского времени» отвечает саратовский журналист, общественный деятель, директор Центра журналистских расследований «Медиаликс 64» Константин Халин.

В обществе нарастает ощущение безысходности и усталости от власти

– Словосочетание “четвертая власть”, определяющее сами средства массовой информации и их влияние на формирование общественного мнения, все чаще становится поводом для злых аналогий с другой древнейшей профессией. Журналистов называют сплетниками, априори продажными, людьми без морали и нравственных ориентиров. Как Вы считаете, это защитная реакция критикуемых и разоблачаемых или существуют реальные причины для подобных оценок?

– Есть еще одна древнейшая профессия, представители которой спят за деньги, – это ночной сторож. Шутка! Разберем претензии по порядку, начав с «аморальности». Многих возмущают материалы на грани этики, так называемая жесть – обнаженка, «мясо» и так далее. Но давайте посмотрим на запросы аудитории. Разве она требует материалов из рубрики «Разумное, доброе, вечное», про открытие детской площадки во дворе многоквартирного дома, про мужественных врачей, которые спасли жизнь пациенту? Нет! Вот фривольные снимки оголенной служительницы Фемиды в лесу – это то, что надо читателю! Можно сначала посмаковать несколько раз, чем накрутить просмотры, а потом ханжески повозмущаться в комментариях по поводу «потерявших стыд журналистов», которые подобное разместили. Мои коллеги по цеху и просто знакомые говорили, что размещать такие материалы – это дно. Я же говорю: дно – это когда вы идете по лесу, скажем, собирая грибы, и видите судью, выносящую решения именем Российской Федерации, в непотребных позах. Вот это днище!

По поводу продажности. Сейчас СМИ переживают далеко не самые лучшие, в том числе и в плане финансов, времена. Во-первых, каждый экономический кризис бьет именно по отрасли, связанной с производством и распространением информации, так как оптимизация издержек всегда начинается со сферы рекламы, пиара и прочих тому подобных расходов. Во-вторых, финансирование прессы перестало быть чем-то увлекательным. В борьбе за сферы влияния большую роль играет админресурс, в частности, возможности тех или иных воротил, особенно их связи с силовыми структурами. А инвестиции в СМИ – это дополнительные риски. Ведь публикации могут стать поводом для ответных действий – и не в адрес редакции, а в адрес того, кто за ней стоит.

– Значит, журналистика быть честной и объективной не может, раз за каждым журналистом стоит работодатель, определяющий политику своего издания, а над ним – инвестор (или спонсор)?

В обществе нарастает ощущение безысходности и усталости от власти

– Тут, конечно, не стоит питать иллюзий по поводу существования независимой прессы. Но наличие, скажем, пяти инвесторов, вкладывающих средства каждый в свое издание, а то и в медиахолдинг, способны создать систему сдержек и противовесов. Это все равно, что с партиями: когда одна партия – с такой ситуацией все понятно, мы это уже проходили, когда плюрализм – это не гарантирует возможность вам, рядовому гражданину, выразить свои интересы, но повышает шансы. То же со СМИ: если одно издание не взялось опубликовать вашу жалобу, потому что она, например, затрагивает губернатора или мэра, то вы идете в другое, если нет – в третье. И хотя бы одно про ваш «мильон терзаний» все равно напишет. Это аксиома!

А представьте, что на весь город пара изданий – областное (под правительством) и муниципальное (под мэрией). Что они будут писать? Правильно – «взвейтесь-развейтесь». Понятно, что пресса используется для борьбы за власть, в медийных войнах. Но в результате таких конфликтов, где инструментом является журналист и его публикации, люди узнают столько нового и интересного, что порой дух захватывает. И можно сколько угодно говорить, что, мол, та или иная статья заказная, вопрос лишь в одном – правда в ней написана или нет, представлена объективная информация или факты передернуты. А заказом можно назвать все что угодно, даже публикацию по жалобе пенсионерки на свою управляющую компанию, ведь получается, что бабушка заказала свою УК, пусть и бесплатно – это социальный заказ.

Хуже, когда титульного спонсора нет – тогда издание в лице главного медиаменеджера пускается во все тяжкие, выставляет себя на продажу, не брезгуя самыми грязными – в прямом и переносном смысле – деньгами. В качестве примера приведу недавние публикации в телеграм-канале «Театр Взрослого Зрителя» («Медиаликс 64» перепечатывал эти материалы) о скупке саратовских изданий местным филиалом «Управления отходами». Мусорный оператор замотивировал почти все СМИ; исключением стали «Взгляд-инфо» и «Свободные новости». Разместив имиджевые материалы, регоператор таким образом поставил блок на негатив, который обходится ему ежемесячно в сотни тысяч рублей. Разумеется, в той или иной степени платят за это граждане и организации, которых душат тарифами. Воистину для кого-то, как говорится, деньги не пахнут. Стали бы редакции заниматься этим, если бы у них был стабильный источник финансирования? Возможно, что нет. Тут многое зависит от самого медиаменеджера, от его аппетитов: если он любит деньги, то, конечно, не погнушается тем, чтобы положить ежемесячно в карман тысяч 30. Если он дорожит своим «облико морале», и у него приличный доход, то он хорошенько подумает, стоит ли так мараться.

И подытоживая ответ на вопрос, спрошу тех, кто любит порассуждать о продажности прессы. Вы хоть раз помогли СМИ стать самостоятельным и независимым финансово, перевели средства на счет или просто обратились в редакцию с предложением поощрить за ваш счет журналиста за понравившуюся вам статью?.. Ответ очевиден!

– Журналистское расследование – один из самых сложных и опасных методов журналистики. Вы сознательно выбрали именно эту форму основным направлением деятельности, создавая Центр журналистских расследований “Медиаликс 64”. Почему?

В обществе нарастает ощущение безысходности и усталости от власти

– Суть проекта, конечно, немного шире, чем об этом говорит название – его тематика имеет антикоррупционную направленность, но это не всегда связано с расследованиями. По большей части публикуемая нами информация – это открытые данные, в частности, о возбужденных уголовных делах, связанных с должностными злоупотреблениями, рейтинги, отражающие социально-экономическое положение региона, и другая актуальная информация. Расследований как таковых, к сожалению, не так много, как бы того хотелось. Ведь этот жанр – чрезвычайно трудоемкий, а ресурсы проекта ограничены. Обидно знаете что – разоблачительные лонгриды, насыщенные фактурой, имеют читаемость, стремящуюся к нулю. Другое дело мини-расследования, как, например, заметки о зарубежных активах семьи теперь уже бывшего прокурора Саратова Владимира Воликова. Небольшие материалы имели достаточно мощный резонанс, который вкупе с заявлениями скандально известного застройщика Алексея Абасова о крышевании его прокурорами привел к отставке Воликова. Поэтому такой формат видится нам оптимальным, хотя журналистской работы по отысканию фактуры здесь не очень много.

Что же касается опасности, то, вы, наверное, будете удивлены, но за почти трехлетнее существование «Медиаликс 64», мне никто даже не угрожал. Во многом это, мне кажется, связано с особенностями менталитета саратовской политической и экономической элиты, которая не воспринимает журналиста или блогера-расследователя как какую-то угрозу. Другие дело – регионы юга России, где могут убить даже за мелочь. В пример можно привести деятельность гражданского активиста Евгения Ширманова, который боролся с беспределом сотрудников ДПС: в Краснодаре его избили, а позже пытались сжечь его дом в Осетии. У нас в области, к счастью, власть не настолько отморожена.

– В своих публикациях Вы называете вещи своими именами, достаточно жестко критикуя чиновничью братию и иже с ними. Как изменится подача материала в связи с принятием закона Боковой-Клишаса о неуважении к власти? Перейдете на эзопов язык?

– Думаю, пока не стоит драматизировать ситуацию, нужно посмотреть, в каком окончательном виде будет принят закон и какова будет правоприменительная практика. Если он действительно окажется способом закручивания гаек, то от этого в конечном итоге проиграет даже не журналистика: власть, бронзовея все больше и больше, лишенная тормозов, закопает сама себя.

Правда, беспокоит, что таких тревожных законодательных новшеств, касающихся работы СМИ, становится все больше и больше. Некоторые из них балансируют на грани абсурда, скажем, запрет на описание способа самоубийства, ограничение на публикацию информации о преступлениях в отношении несовершеннолетних и так далее. В этой связи больше беспокоит будущий закон о «фейковых» новостях. Вспоминается паника с «опрыскиваниями» в Саратове, которая произошла в декабре 2009 года, когда в городе свирепствовала эпидемия гриппа. Тогда инициатором массовой истерии попытались выставить студента СГМУ, опубликовавшего неосторожный пост (в нем, на мой взгляд, не было ничего криминального) в «Живом Журнале». В его действиях в итоге не было найдено состава преступления или правонарушения, но с учетом меняющегося законодательства придется быть как минимум осторожнее в высказываниях. И в выражениях тоже.

– Не потому ли становятся так популярны анонимные телеграм-каналы?

В обществе нарастает ощущение безысходности и усталости от власти

– В том числе и поэтому. Из-за подобных ограничений журналистика уходит в подполье, если хотите, маргинализируется. В анонимных платформах журналист уже ничем не отличается от блогера, а блогер от обычного обывателя-фантазера, живущего бредовыми теориями о сионистском заговоре и мировой закулисе, стремящейся отравить Путина. Но уровень доверия к таким площадкам едва ли не выше, чем к традиционным СМИ и даже сетевым изданиям. И это, конечно, печально.

С другой стороны, есть телеграм-каналы, которые действительно интересно читать: где-то хорошая эксклюзивная фактура, где-то – живо и с юмором написано. В общем, выбор есть. А вранья и фейков и в официально зарегистрированных СМИ хватает. В любом случае информацию надо фильтровать, подходить к ней критически, и этот принцип должен распространяться на любые сведения – хоть от бабушки-соседки, хоть с официальных сайтов правительственных учреждений.

– Если попытаться осмыслить происходящие в политической и экономической жизни нашей области события и попробовать их объяснить, какие прогнозы на ближайшее будущее Вы бы сделали?

– По моим ощущением, регион живет ожиданием перемен. К сожалению, готовность к их совершению снизу еще не созрела. Пока все ждут, когда они произойдут сверху, и запрос на эти изменения год от года все выше. Нарастает ощущение усталости от власти, безысходности. В такой ситуации при наличии новой свежей политической фигуры теоретически можно мобилизовать общество на региональном уровне. То, что будет иметь место на практике, от нас, к сожалению, мало зависит, а потому делать прогнозы в условиях, когда политические процессы носят во многом случайный, волюнтаристский, характер, занятие неблагодарное.

– Печатные СМИ. Сколько по-Вашему им осталось?

– Финансируемые за счет бюджетов различных уровней печатные СМИ будут существовать до тех пор, пока их будут тянуть за счет бюджетных вливаний и админресурса, обеспечивающего подписку. Часть их затрат, разумеется, закрывает реклама, но ее объективно становится все меньше, поэтому самостоятельных изданий, работающих не на федеральной франшизе, в Саратове практически не осталось. Самые крупные и заметные потери последних лет – «Саратовский взгляд», «Газета Наша Версия», «Газета Недели» – перешли в интернет-формат, сохранив таким образом часть газетного духа, который осел на виртуальных страницах.

То же самое районки: есть титульный спонсор или определенный пул рекламодателей – они существуют. Но и то, и другое – вещи не постоянные, поэтому, как только они уходят, умирает и издание. Районка может существовать в формате блога или интернет-СМИ и таким образом выживать, а может с уходом в сеть даже получить второе рождение. Оно, кажется, и к лучшему.

– Можете проанонсировать, если не секрет, с какими интересными “скандалами, интригами, расследованиями” Вы собираетесь познакомить читателей “Медиаликса 64” в скором времени?

В обществе нарастает ощущение безысходности и усталости от власти

– Сейчас скажу то, о чем знают очень немногие. В настоящее время я думаю над переформатированием «Медиаликс 64». К сожалению, начиная три года назад свой проект, я пытался максимально уйти от его персонализации, привязки к своей личности. В итоге ресурс стал еще одной лентой новостей, правда, хочется надеяться, неплохой. Однако современные медиатенденции таковы, что новости как таковые уже не так интересны, особенно с учетом того, что на многих сайтах они попросту дублируются. Читателей интересует, условно говоря, субъективность – не что, где и когда, а также почему произошло, а что думает такой-то, скажем, блогер, об этом событии или процессе, как он их интерпретирует.

Поэтому я надеюсь в ближайшее время сосредоточиться на том, чтобы насыщать «Медиаликс 64» эксклюзивной информацией, читабельными лонгридами, посвященными социально значимым темам, фоторепортажами, видеоконтентом. Максимальная визуализация сегодня – это одна из составляющих успеха. Плюс она еще должна идти от первого лица, от сердца.

Вопросы задавал С. Аристов

Источник