«Ты живой там?»: в Томске отказались возбуждать дело о пытках активиста «Левого блока», обвиняемого в экстремизме

«Ты живой там?»: в Томске отказались возбуждать дело о пытках активиста «Левого блока», обвиняемого в экстремизме

Фото: tv2.today

Управление военного следственного комитета по Томской области отказалось возбуждать дело против сотрудников местного управления ФСБ, пытавших томского активиста «Левого блока» Максима Шульгина. В апреле мужчину задержали по подозрению в «возбуждении ненависти к определенной социальной группе «сотрудники правоохранительных органов»: он выложил четыре песни про полицейских в аудиозаписи своей страницы во «Вконтакте».

27 апреля на томича Максима Шульгина возбудили уголовное дело по первой части 282 статьи УК РФ — «Возбуждение ненависти либо вражды». Через два дня мужчину задержали сотрудники ФСБ в офисе «Левого блока». При задержании и на допросе Шульгина избивали, а когда его везли домой на обыск, то уложили на пол служебной машины, положили на него ноги и включили на максимум печку. Из-за этого мужчина получил глубокий ожог правой руки, которой укрывался от горячего воздуха.

«Я лежал между задним и передним сиденьем, на меня сложили ноги. Они намеренно включили печку под передними сиденьями, хотя было 3−4 часа дня, +18. Они это сделали специально, чтобы мне было плохо дышать, если бы я руку не поставил к печке, у меня бочина бы вся сгорела. Я говорил: „Ребята, дышать нечем“. Они пинают, говорят: „Ты живой там? Потерпи, братан, щас приедем, все нормально будет“. Еще били по левому боку. Когда долго на вопросы не отвечал — просто так били, потому что, видимо, им понравилось», — рассказал Шульгин Правозащите «Открытой России».

«Ты живой там?»: в Томске отказались возбуждать дело о пытках активиста «Левого блока», обвиняемого в экстремизме

Максим Шульгин. Фото: правозащита Открытой России

После задержания и пыток дома у активиста прошел обыск, в ходе которого у Шульгина забрали всю технику и агитационные материалы. Позже, уже в отделе полиции, к мужчине пришел государственный адвокат. Он уговаривал его признаться в преступлении и отказаться от использования 51-й статьи Конституции.

Шульгин признал, что страница с песнями про полицейских принадлежит ему, а также сказал, что будет писать заявление из-за обожженной руки. На что оперативник центра «Э» порекомендовал ему не делать этого, «иначе в СИЗО то же случится и со второй рукой». Позднее оперативники намекали активисту, что его задержание связано с акциями «Левого блока» в поддержку арестованных по делу «Сети» антифашистов.

Вместе с Шульгиным был задержан еще один подозреваемый в «разжигании розни», имя этого 19-летнего жителя Северска не разглашается. Позже Шульгина и его соратника отпустили под подписку о невыезде. Против активистов дали показания некоторые активисты «Левого блока», которые затем отказались от своих слов и рассказали о пытках.


В августе прошла экспертиза материалов дела Шульгина. Эксперт по этому делу, заведующий кафедрой социологии Томского Университета Виталий Кашпур, участвовал в разработке «методики поиска экстремистских групп в соцсетях», презентованной в 2016 году. Для экспертизы он использовал лишь один источник, базовое издание по социологии «Социальная теория и социальная структура» Роберта Кинга Мертона — по которому он объединил полицейских в отдельную социальную группу. Адвокат Шульгина Андрей Миллер сказал, что Кашпур не имел права проводить экспертизу, так как его специальность не позволяет определять социальные группы, и заявил отвод эксперту.

После фиксации побоев, в начале мая, Шульгин и его адвокат подали на силовиков заявление о пытках. От Следственного комитета долго не было ответа, но несколько дней назад пришел отказ в возбуждении уголовного дела. По мнению правоохранительных органов, при задержании Шульгин сам бился об стекла и двери машины, а потом, когда его зафиксировали на полу служебной машины, случайно включил печку на максимум. Оперативники, задержавшие активиста, об этом не подозревали, потому что печка работала бесшумно.

Как рассказал корреспонденту «МБХ Медиа» Андрей Миллер, когда мужчину задержали, на него ставили ноги, а на его руках были наручники, поэтому сам он не мог включить печку. Более того, как бывшие сотрудники органов рассказывали Миллеру, оперативники очень любят использовать автомобильную печку для пыток.

«Судя по ожогам, которые могли быть, Шульгину даже немного повезло. Но может быть и так, что его сильно пнули и случайно включили печку», — считает адвокат. Более того, во время рассмотрения дела о пытках из медкарты активиста пропали результаты медосмотра, на котором зафиксировали ожоги.

Также в отказе СК приведены данные о разговорах Шульгина и его адвоката с представителями «Открытой России», медиа и московскими активистами «Левого блока». Координатор «Открытой России» в Томске Алексей Прянишников считает, что без прослушки такую информацию получить невозможно. С ним согласен и Андрей Миллер.

Источник