«Пока деньги на карточку не придут, домой не поедем»: в Забайкалье продолжается голодовка шахтеров

«Пока деньги на карточку не придут, домой не поедем»: в Забайкалье продолжается голодовка шахтеров

Фото: Дмитрий Лебедев / Коммерсантъ

Девять шахтеров из Юго-западной шахты Дарасунского золотодобывающего рудника оказались в больнице после объявленной бессрочной голодовки.

Забастовка началась из-за невыплаты зарплаты, когда долг перед рабочими достиг уже 32 млн рублей. Как равнодушие руководства и многочисленные нарушения парализовали работу целого градообразующего предприятия — в нашем материале.

Рабочие объявили о голодовке 24 июля после того, как представитель компании-владельца рудника «Урюмкан» пригрозил отключить в шахте электричество и затопить ее. Изначально в забастовке участвовали 33 человека, но с каждым днем число росло. Сейчас в здании возле центральной шахты голодают 93 человека. Мужчины взяли из дома надувные матрасы и спальные мешки и не собираются уходить, пока вместо обещаний не получат деньги за май и июнь.

«У всех вялое состояние. Врачи приезжают несколько раз в день. Девять человек попали в больницу, двое из них останутся в стационаре на ночь, пока их состояние не стабилизируется. Из компании „Урюмкан“ к нам никто не приезжал. Завтра должны выплатить зарплату за май, а в понедельник — за июнь. Это они пообещали, но они много что обещали, мы им не верим. Пока деньги на карточку не придут, домой не поедем», — рассказал «МБХ медиа» горный мастер Андрей Михеичев.

Это не первая протестная акция на руднике. В 2017 году рабочие уже устраивали забастовку, отказавшись подниматься на поверхность из шахты, из-за постоянных задержек зарплаты и введенного руководством коэффициента трудового участия, по которому доходы горников сократились до 10−20 тысяч рублей за месяц. Тогда с помощью заместителя председателя правительства РФ Дмитрия Козака удалось решить вопрос за несколько дней, а проблемное предприятие было продано компании «Урюмкан». Но масштабные нарушения технологических процессов и санитарных правил никуда не делись. Рабочие до сих пор за свои деньги покупают спецодежду и средства защиты, а в цехах отсутствует оборудование, контролирующие допустимую концентрацию вредных веществ в воздухе.

По словам Михеичева, новый трудовой договор шахтеры заключили в декабре 2017 года. Первые два месяца зарплата выплачивалась своевременно, но уже в феврале начались постоянные задержки. Долги за февраль, март и апрель были погашены в мае, а потом «все резко обрубилось».

«Мы работали все это время, а они нас обещаниями кормили, мол, завтра, послезавтра. Руководитель приезжал, мы спрашивали: „До каких пор? Мы свои обязанности выполняем“. Терпели-терпели. Сейчас уже лето заканчивается, школа снова, детишек надо собирать, а у меня ни копейки нет, все лето без денег», — рассказал Михеичев.

Жены многих шахтеров тоже работают на руднике и каждый вечер приходят поддерживать своих мужей, объявить забастовку они не могут — иначе все предприятие погибнет. Другой работы в городе нет.

Директор рудника Евгений Рогалев в качестве причин нехватки денег на зарплату назвал проблемы финансирования со стороны «Промсвязьбанка». В пресс-службе банка заявили, что не кредитуют Дарасунский рудник. 24 июля прокуратура возбудила административное дело.

«Промсвязьбанк» прислал нам официальный комментарий: «Банк никогда не финансировал проект „Дарасунский рудник“ Группы компаний „Урюмкан“. Собственники Группы компаний в 2017 году приобрели Дарасунский рудник вопреки объективно обоснованной позиции банка, учитывающей анализ конъюнктуры рынка золотодобычи и высокую волатильность цен на золото. Тем не менее, эти рекомендации были полностью проигнорированы, и сделка по покупке рудника состоялась. Негативный сценарий, о котором банк предупреждал собственников Группы компаний „Урюмкан“, полностью реализовался. Дарасунский рудник столкнулся с задержкой по выплате зарплат шахтерам.
Менеджмент компании пытается решить проблему за счет средств, выданных банком другим компаниям Группы — „Урюмкан“ и Дархан, которые соблюдают условия кредитных договоров. Нецелевое использование средств может вызвать ухудшение финансовой модели развития предприятий „Урюмкан“ и „Дархан“, что повлечет еще большие негативные социальные последствия, но при этом не решит проблем, сложившихся на Дарасунском руднике».

Источник